Дождливая суббота и одиннадцать летних плёнок по конвертам
В субботу дождь шёл с утра до темноты, и я наконец сел разбирать летние плёнки. С июня по сентябрь их набралось одиннадцать. Почти все лежали так, как я снял их с сушки: свёрнутые в трубочку, в бумажных пакетиках, с пометкой карандашом на клапане. За лето пометки превратились в загадки. На одной написано «Река, вечер, 125», но какая река и какой вечер, я уже не помню.
Порядок, который я завёл
Каждую плёнку я разрезал на полоски по шесть кадров. Ножницы для этого у меня отдельные, и перед работой я их протираю: однажды прилипшая крошка оставила царапину через всю полоску. Работаю в хлопковых перчатках, под настольной лампой, на чистом листе бумаги.
- полоски кладу в прозрачные листы-конверты на семь рядов, одна плёнка на лист;
- на верхнем поле листа пишу номер плёнки, месяц, камеру и чувствительность;
- в тетрадь под тем же номером записываю, что помню: место, погоду, примерную выдержку;
- листы стоят вертикально в картонной коробке на полке у внутренней стены, подальше от батареи.
Главным оказался номер. Раньше я подписывал плёнки по сюжету, и одна и та же «река» встречалась трижды. Теперь у каждой плёнки свой номер, от 26-01 до 26-11, где первые две цифры означают год, а всё остальное есть в тетради.
Что нашлось
Раскладывая плёнки, я смотрел полоски на просвет у окна. Нашлась плёнка, которую я считал неудачной: июльская, чувствительность 400, снятая в полдень на 1/500 при f/16. Тогда она показалась мне плоской и серой. Сейчас, при октябрьском пасмурном свете и без летних ожиданий, я разглядел на ней тени листьев на дощатой стене сарая, которых тогда не заметил. Отложил её печатать.
Осенью главная забота — сырость. Я положил в коробку мешочек силикагеля с индикатором и записал в тетради, что через месяц надо на него посмотреть. Если порозовеет, подсушу его в духовке на слабом огне и положу обратно.
На всё ушло часа четыре. К вечеру дождь так и не кончился, но теперь любую из одиннадцати плёнок можно найти за минуту.